ЧМ и ОИ Юрий Власов

  Власов Юрий Петрович. Спорт. Жизнь. Творчество.

О Ю.Власове написано много. Не буду повторять. Выскажу только то что думаю. Родился Юрий Петрович в 1935 году. Недавно (2016 год) видел видео 2015 год. Декабрь. Чемпионат Москва кажется. Юрий Петрович с женой пришел на соревнования. Старенький конечно 80 лет, но держится бодро. Подписывает книги. Жена моложе ее тоже не оставили без внимания. Слава Богу, что жив. Много писали обсуждали про Токийскую олимпиаду. И Власов писал как тяжело переживал по поводу того что занял второе место а не первое. Обижался на Леонида Жаботинского. Такова спортивная жизнь. Сейчас времена похуже. Алексей Ловчев. 2014 год готов был уже тогда занять первое место и установить мировой рекорд, но баранка в рывке. 2015 год наконец то чемпион мира и два мировых рекорда, но в силу политических причин лишают его этого звания и мировые рекорды не засчитывают. Алмас Утешов из Казахстана не засчитывают 180 кг. в рывке лишая тем самым звания чемпиона мира и вдобавок дисквалификация тоже по политическим мотивам. Ребята испили горькую чашу, но выдержали.

Книги Юрия Петровича читал. Не все правда. «Понравился Особый район Китая». Юрий Петрович привыкший к кропотливому труду в штанге так же относится к писательскому труду. Первые книги это робкие попытки начинающего литератора. Сейчас это уже маститый писатель из под пера которого выходят замечательные художественные произведения. Читать их правда тяжело. Но вот Достоевского кто нибудь читал? Тоже тяжело пишет. Нужно понимать — читать это тоже труд.

Беседа с чемпионом и писателем.

Его имя было легендарным. Он установил за свою спортивную жизнь 31 мировой рекорд и носил титул самого сильного человека планеты. Бкл капитаном и знаменосцем советских олимпийцев в Риме и Токио. И, как оказалось, в промежутке между «своими олимпиада-ми» готовился к выходу на… литературный помост. 1961 год — премия в конкурсе на лучший рассказ в «Советском спорте». 1964-й — ііервая книга «Себя преодолеть». По-том выходят примечательная своим проникновением в философию спорта книга «Соленые радости» и другие произведения…

Он ушел из спорта, чтобы целиком посвятить себя литературной работе. Но тяжелое заболевание позвоночника надолго приковало его к больничной койке. Балансируя на грани жизни и смерти, в 1979 году он записывает в дневник: «Если мне суждено погибнуть в борьбе, которую я начинаю с болезнями, то я погибну сильным. А сильные не умирают. Значит, я выживу, я выйду победителем!» Он искал и открывал законы управления волей. И выжил, и победил! Несмотря на недуг, неудачи, семейные утраты.

— Теперь я совершенно здоровый человек и могу интенсивно работать, как и двадцать лет назад, — говорит он. Да я и сам вижу энергичного, откровенного, увлекающегося, думающего Юрия Власова. Мы сидим у него дома в гостиной. На стене старинная фотография с запечатленными на ней кубанскими казаками — дедами и прадедами хозяина. И тут же маленький снимок сорокового предвоенного года: в простой одежонке Юра с братом на берегу Москвы-реки…


—    Как получилось, что, окончив Военно-Воздушную академию, вы, Юрий Петрович, стали писателем?

—    Литературу я люблю всю жизнь, но не думал, что буду писателем. Это казалось и сейчас кажется мне очень высоким и почетным призванием. А я не чувствовал ни призвания, ни дарования, но все же втайне мечтал, что буду писать. А сложилась моя жизнь так, что военная академия отодвинула мечту: у военного человека главное — служба. А вот когда пришел в ЦСКА, стал инструктором по спорту и много времени уделял тренировкам, я и начал пробовать писать. Десять лет активного спорта совпали у меня с пробой пера. Тяжелое было время — теперь и самому трудно поверить: вечером прибегал с тренировок, на час ложился отдыхать, потом пил кофе и писал до четырех утра. Спорт открыл для меня возможность и для публикаций, потому что спортивная известность вызывала любопытство. Ко мне подходили, интересовались планами, некоторые в моем увлечении литературой видели кокетство. Так или иначе — печатали то, что я предлагал, и это ускорило мой выход в литературу. В то же время спорт дал мне богатый и интересный материал, потому что часто был лишь фоном общечеловеческих проблем.

—    Что побуждает вас к творчеству? Оказывает ли кто-либо на вас литературное влияние?

—    «Я верю в необходимость регулярной работы и никогда не жду вдохновения», — так говорил Джек Лондон, и это отвечает моим взглядам на творчество. На ранней стадии литературного ученичества непроизвольно подражаешь, испытывая влияние классиков. Но важно вовремя найти свой голос. И здесь на помощь приходит жизненный опыт — самое главное в литературе. Конечно, если ты имеешь хорошее образование, то и жизнь по-другому воспринимаешь, и опыт приобретает другой характер. Но сейчас не только литература — жизнь требует от человека любой профессии регулярной работы, постоянного самообразования. Еще нередко человек использует только багаж первоначальных знаний школы или института, ничем его не пополняя. Или же пополнение сводится к захвату информации и какому-нибудь дешевому чтению. А ведь чтение — это большая работа. Ошибается тот, кто считает чтение доступным отдыхом. Книга открывается не каждому. Прочитать ее и подняться на уровень заложенных в ней идей — совсем разные вещи. Надо быть к этому подготовленным воспитанием, образованием, культурой, чтобы не остались за бортом хорошие книги.


—    Как-то вы сказали, что искали книги, которые наделяют желанием быть сильным: не силой мускулов, конечно, а силой знаний и самое главное — силой справедливости… Какой смысл вы вкладываете в эти слова?

—    Сила нужна для преодоления зла. Чтобы выдержать напор новой жизни, утверждать правду, нужна и сила духа, и сила физическая. Одну из своих книг я так и назвал: «Справедливость силы». Для утверждения новых добрых начал сила необходима.

—    В своей книге «Верить» вы пишете, что нельзя жить в постоянной сытости, большом тепле и вообще потакать инстинктам…

—    Современного человека иногда подстерегает если не ранняя смерть, то дряхлое доживание. Долго жить — хорошо, но важнее полноценно прожить то, что отпуще-но. Человек должен быть физически, нервно закален и готов к большим испытаниям. Мы изнеживаемся, а жизнь стала суровей и жестче. Возникшие группы бега — одна из форм противопоставления изматывающему ритму жизни. И еще: человек должен знать свои возможности, природные слабости, сбои нервной системы.

—    В 1973 году в издательстве АПН увидела свет книга «Особый район Китая» — дневники вашего отца Петра Владимировича. И хотя в выходных данных и значится ваша фамилия, далеко не каждый читатель соединил ее с именем известного атлета. Хотелось бы узнать о работе над этой книгой, вызывающей интерес и по сей день.

—    Книгу за отца написал я. Это была работа на износ, отнимавшая у меня до 16-18 часов в сутки. Трудоемкие архивные розыски, сопоставление и осознание огромного материала, воспоминания об отце, многочисленные поездки и опросы очевидцев, которые могли пролить свет на затемненные места: информации в дневниках иногда не было по нескольку месяцев, а за 1942 год — всего девять строчек. История Китая, его Коммунистической партии, китайская литература… Со стороны, может, вы-глядело и просто. Вся наша семья была воспитана на китаистике. Шкафы ломились от книг по Китаю.

Когда я работал в архивах, персонажей будущей книги узнавал, как родных: отец (он в Китае работал корреспондентом ТАСС, был представителем Коминтерна при ЦК КПК), знакомя с этими людьми, давал сдержанные оценки явлениям, событиям, политическим деятелям, вплоть до Мао Цзэдуна, а когда почувствовал, что умирает, рассказал мне все. Он чувствовал, что я проявлял к этому большой интерес. Он много знал и уносить с собой эти знания не хотел. Многое отец доверил мне, и это потом очень помогло при работе в архивах. Эта книга документальна каждой своей строчкой.

—    Для телезрителей Игр Доброй Воли и недавнего чемпионата мира в Болгарии приятным сюрпризом явились ваши комментарии соревнований по тяжелой атлетике. Что это — проба нового жанра в журналистике?

—    Вначале мне казалось невозможным сидеть полтора-два часа не оговорившись, не прокашлявшись, держа под контролем каждое слово. Чтобы не подвести, сначала отказывался. А получилось! Сказалось, видимо, то, что знаю спорт, и то, конечно, что много пишу, и мысли формулировать умею. И потом — это же родное дело: идет человек к штанге, и я вижу и словно читаю — это давно пропущено через себя. Не нужно натужно догадываться и домысливать.

—    Прошли годы с тех пор, как вы ушли с помоста. Актуальна ли сейчас проблема «Куда уходят чемпионы?»

—    Эта проблема, по-моему, будет всегда. Часто из спорта уходят люди, исчерпавшие себя, а бывает, даже обиженные на жизнь. Им кажется, что они уже достигли максимума своего выражения, славы, профессионально-го умения, а жизнь заставляет все начинать с нуля. И не хватает ни самолюбия, ни силы. А психологический фактор? Годы труднейших тренировок, чемпионские титулы, и… снова выступаешь как дебютант. Кому какое дело до твоих медалей? Поэтому рассчитывать на облегченное будущее не приходится. Наоборот, в этот переломный момент важно уберечь себя и свою судьбу от желающих тебе теплого местечка поклонников, не дать втянуть себя в болото ничегонеделания. Проблема эта коллективная, решать ее вместе с уходящим чемпионом должны и те, кто его окружают: тренеры, семья, друзья…

—    Какое качество вы цените в людях прежде всего?

—    Честность. Без притворства жить, без обмана! Не выдавать себя за того, каким ты не есть — ни в жизни, ни в книгах! Самое высокое мужество — прожить жизнь честно. Многие ставят на первое место доброту, но можно быть добрым и… бесчестным. Даже храбрый, смелый человек производит неприятное впечатление, если он готов поступиться честностью. Долг, преданность, идейностъ — все это замешивается на цементе честности, которую я считаю каркасом человеческой личности.

Наш разговор завершается. Гостиную наполнили птичьи трели и веселое щебетание.


Просмотров страницы:   1321



Похожие статьи :

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.